15 известных и не очень известных фактов о влиянии космических полетов на здоровье человека


Что испытывают космонавты по возвращении на Землю

Некоторые космонавты называют момент возвращения на Землю «вторым рождением». Как долгий срок непрерывного пребывания на МКС влияет на космонавта? Что испытывают космонавты по возвращении на Землю и как сказываются космические привычки? Некоторые космонавты называют момент возвращения на Землю «вторым рождением»: после посадки им нужно время, чтобы привыкнуть к хождению по твердой поверхности и восстановиться физически. Одним для этого нужны часы, другим — сутки.Российские космонавты Михаил Корниенко и Сергей Волков, а также астронавт НАСА Скотт Келли утром 2 марта вернулись на Землю с Международной космической станции (МКС). В полете они побили несколько рекордов. Русская служба Би-би-си поинтересовалась у ветеранов космонавтики, что сейчас, вероятно, испытывают их коллеги.Корниенко и Келли пробыли на орбите 340 суток — это самый долгий срок непрерывного пребывания на МКС. Келли также побил рекорд НАСА по «суммарному налету» — 552 дня. Волков пробыл на МКС 182 дня.Как сообщили в «Роскосмосе», сразу после посадки экипаж отправили в медицинскую палатку для тестирования. Эти тесты необходимы для «отработки задачи по соблюдению условий посадки на другую планету».С планируемым пилотируемым полетом на Марс связан и эксперимент по самостоятельному выходу космонавтов из спускаемого аппарата после приземления, правда, в этот раз он не удался — экипажу помогли выбраться.С прицелом на Марс космонавты провели и больше, чем обычно, времени в открытом космосе. Корниенко и вернувшийся на Землю в сентябре 2020 года Геннадий Падалка находились за пределами станции 5 часов 34 минуты, Волков и продолжающий полет Юрий Маленченко — 4 часа 43 минуты.Несмотря на рекорды нынешней миссии, самым долгим в истории остается полет россиянина Валерия Полякова: в 1994-95 годах он провел на станции «Мир» 437 суток.

Тошнит, ломает, кружит

Некоторые космонавты называют момент возвращения на Землю «вторым рождением»: после посадки им нужно время, чтобы привыкнуть к хождению по твердой поверхности и восстановиться физически. Одним для этого нужны часы, другим — сутки.«Самое сложное при посадке — это даже не момент соприкосновения с Землей, а вхождение в плотные слои атмосферы, когда космонавт испытывает перегрузки торможения, то есть отрицательного ускорения, — рассказывает Сергей Крикалев, проведший на орбите 803 дня в 1980-2000-е годы. — После возвращения все космонавты испытывают тяжесть в организме, у кого-то она проходит быстро, у других задерживается».У Александра Лазуткина, который пробыл на «Мире» 184 дня в 1997 году, иной опыт: «Для меня самой неприятной была встреча с Землей, сам удар. У нас элементы мягкой посадки не сработали, поэтому мы очень сильно ударились. После приземления у меня появились вестибулярные расстройства, когда головой качаешь, а тебя тошнит. Потом это быстро проходит — день, два, и все. К Земле привыкаешь быстро».По возвращении на Землю покорителям космоса нужно соблюдать меры предосторожности. «Нельзя резких движений делать, нельзя шнурки завязывать, потому что упадешь тут же, — продолжает Лазуткин. — В космосе из костей выходит кальций, они становятся слабыми, хрупкими. У нас был случай, когда один член экипажа палец сломал, просто задев им стол».

Не бросать, а передавать

Недавно вернувшимся космонавтам можно есть все продукты, но в меру, говорят ветераны. Бокал шампанского возможен, по мнению Лазуткина, а по мнению Крикалева — недопустим.«Миссия космонавта не заканчивается сразу после приземления, — говорит Сергей Крикалев. — В течение нескольких дней он проходит медицинские тесты, результаты которых обобщаются и учитываются в будущих полетах. Бокал шампанского может “смазать” эту картину».Космические привычки на Земле быстро забываются.«Скажем, в невесомости можно предмет не передавать из рук в руки, а бросить его — он направится по назначению. Эта же реакция в первые дни сохраняется на Земле, у тебя что-то просят — ты бросаешь. Но после второго раза восстанавливаются земные привычки», — объясняет Лазуткин.Особое чувство — первый по возвращении сон в земной постели.«Первую ночь, даже две чувствуешь себя странно из-за того, что приходится перекладывать руки, ноги… В невесомости этого нет. Но все равно засыпаешь быстрее, чем в космосе», — делится Крикалев.«Космос лично мне не снился, — вспоминает его коллега Лазуткин. — Все земное, не за что зацепиться».При этом оба космонавта утверждают: несмотря на то, что в полете космонавты находятся в крайне тесном кругу своих коллег, по возвращении они не прекращают общаться — ни через день, ни через годы.Сейчас на борту МКС находятся россиянин Юрий Маленченко, американец Тим Копра и британец Тим Пик. Возвращение экипажа предварительно намечено на 5 июня 2020 года.

Источник: Русская служба BBC, Великобритания

mensby.com

Как встречали героев

Единственное сообщение о несостоявшемся полете в советских СМИ появилось только 8 мая и было скромно размещено на внутренних полосах газет:

«…произошло отклонение параметров движения ракеты-носителя от расчетных значений, и автоматическим устройством была выдана команда на прекращение дальнейшего полета по программе и отделение космического корабля для возвращения на Землю. Спускаемый аппарат совершил мягкую посадку юго-западнее города Горно-Алтайска. Поисково-спасательная служба обеспечила доставку космонавтов на космодром. Самочувствие товарищей В. Г. Лазарева и О. Г. Макарова хорошее».

Только через восемь лет о некоторых подробностях аварии разрешили написать газете Министерства обороны «Красная звезда». Позже об этом полете упоминал в своей книге советский космонавт Владимир Аксенов. Года три назад экипажу была посвящена публикация в газете «Аргументы и факты», в проекте «Настоящие супергерои СССР».

Что испытывают космонавты по возвращении на Землю

Космонавты Михаил Корниенко, Сергей Волков и Скотт Келли (слева направо) после приземления
Российские космонавты Михаил Корниенко и Сергей Волков, а также астронавт НАСА Скотт Келли утром 2 марта вернулись на Землю с Международной космической станции (МКС). В полете они побили несколько рекордов. Русская служба Би-би-си поинтересовалась у ветеранов космонавтики, что сейчас, вероятно, испытывают их коллеги.

Корниенко и Келли пробыли на орбите 340 суток — это самый долгий срок непрерывного пребывания на МКС. Келли также побил рекорд НАСА по «суммарному налету» — 552 дня. Волков пробыл на МКС 182 дня.

Как сообщили в «Роскосмосе», сразу после посадки экипаж отправили в медицинскую палатку для тестирования. Эти тесты необходимы для «отработки задачи по соблюдению условий посадки на другую планету».

С планируемым пилотируемым полетом на Марс связан и эксперимент по самостоятельному выходу космонавтов из спускаемого аппарата после приземления, правда, в этот раз он не удался — экипажу помогли выбраться.

С прицелом на Марс космонавты провели и больше, чем обычно, времени в открытом космосе. Корниенко и вернувшийся на Землю в сентябре 2020 года Геннадий Падалка находились за пределами станции 5 часов 34 минуты, Волков и продолжающий полет Юрий Маленченко — 4 часа 43 минуты.

Несмотря на рекорды нынешней миссии, самым долгим в истории остается полет россиянина Валерия Полякова: в 1994-95 годах он провел на станции «Мир»437 суток.

Тошнит, ломает, кружит

Некоторые космонавты называют момент возвращения на Землю «вторым рождением»: после посадки им нужно время, чтобы привыкнуть к хождению по твердой поверхности и восстановиться физически. Одним для этого нужны часы, другим — сутки.

«Самое сложное при посадке — это даже не момент соприкосновения с Землей, а вхождение в плотные слои атмосферы, когда космонавт испытывает перегрузки торможения, то есть отрицательного ускорения, — рассказывает Сергей Крикалев, проведший на орбите 803 дня в 1980-2000-е годы. — После возвращения все космонавты испытывают тяжесть в организме, у кого-то она проходит быстро, у других задерживается».

Первую ночь, даже две чувствуешь себя странно из-за того, что приходится перекладывать руки, ноги… В невесомости этого нет.

У Александра Лазуткина, который пробыл на «Мире» 184 дня в 1997 году, иной опыт: «Для меня самой неприятной была встреча с Землей, сам удар. У нас элементы мягкой посадки не сработали, поэтому мы очень сильно ударились. После приземления у меня появились вестибулярные расстройства, когда головой качаешь, а тебя тошнит. Потом это быстро проходит — день, два, и все. К Земле привыкаешь быстро».

При посадке растренированный организм переносит перегрузки куда тяжелее, чем при старте

По возвращении на Землю покорителям космоса нужно соблюдать меры предосторожности.

«Нельзя резких движений делать, нельзя шнурки завязывать, потому что упадешь тут же, — продолжает Лазуткин. — В космосе из костей выходит кальций, они становятся слабыми, хрупкими. У нас был случай, когда один член экипажа палец сломал, просто задев им стол».

Не бросать, а передавать

Недавно вернувшимся космонавтам можно есть все продукты, но в меру, говорят ветераны. Бокал шампанского возможен, по мнению Лазуткина, а по мнению Крикалева — недопустим.

«Миссия космонавта не заканчивается сразу после приземления, — говорит Сергей Крикалев. — В течение нескольких дней он проходит медицинские тесты, результаты которых обобщаются и учитываются в будущих полетах. Бокал шампанского может «смазать» эту картину».

Космические привычки на Земле быстро забываются.

«Скажем, в невесомости можно предмет не передавать из рук в руки, а бросить его — он направится по назначению. Эта же реакция в первые дни сохраняется на Земле, у тебя что-то просят — ты бросаешь. Но после второго раза восстанавливаются земные привычки», — объясняет Лазуткин.

У нас был случай, когда один член экипажа палец сломал, просто задев им стол

Особое чувство — первый по возвращении сон в земной постели.

«Первую ночь, даже две чувствуешь себя странно из-за того, что приходится перекладывать руки, ноги… В невесомости этого нет. Но все равно засыпаешь быстрее, чем в космосе», — делится Крикалев.

«Космос лично мне не снился, — вспоминает его коллега Лазуткин. — Все земное, не за что зацепиться».

При этом оба космонавта утверждают: несмотря на то, что в полете космонавты находятся в крайне тесном кругу своих коллег, по возвращении они не прекращают общаться — ни через день, ни через годы.

Сейчас на борту МКС находятся россиянин Юрий Маленченко, американец Тим Копра и британец Тим Пик. Возвращение экипажа предварительно намечено на 5 июня 2020 года.

lfly.ru

Афёра „Джемини”: Не с орбиты вы вернулись, ребята!

Рассмотрены полностью автономные полёты в тесных кораблях, в которых космонавты находились всё время полёта и в которых:

а) вредное действие невесомости усиливалось гиподинамией от тесноты;

б) отсутствовали профилактические тренажёры и костюмы.

Именно к такой категории относятся все декларированные со стороны НАСА полёты «Джемини». Поэтому сопоставление самочувствия первых советских космонавтов и членов экипажей «Джемини» сразу после возвращения даст нам богатую почву для выводов.

1. Возвращение «Востока – 2» и «Союзов – 7, – 9 и – 19»

(1, 5, 18 и 6 суток).

Состояние космонавтов – тяжёлое и очень тяжёлое!

До начала полётов советских космонавтов «невесомость представлялась даже полезной для организма: К. Циолковский уверял, что она приятная и способствует укреплению здоровья, а более поздние авторы предлагали даже отправлять на орбиту стариков, чтобы продлить им жизнь. С первых же реальных шагов в космос картина начала меняться. Если первые кратковременные полеты внушали оптимизм, то после 18 – суточного полета «Союза-9» в июне 1970 года выяснилось, что невесомость способна убить»

[2]. Рассмотрим 4 советских полёта на орбиту с длительностью от 1 до 18 суток.

1) 1961 г. Г. Титов, «Восток – 2», 25 часов на орбите.

На четвёртом витке — «с

амочувствие «
хреновое»
!

Илл.1. Б. Волынов и И. Куренной рассказывают о полёте советского космонавта Г. Титова


?t=21m10s

12 мая 2010 года на Ютубе был выложен почти часовой фильм о полёте второго космонавта планеты – «Герман Титов. Первый после Гагарина»,

?t=21m10s. Вот что рассказали об этом полёте два безусловно компетентных свидетеля лётчик – космонавт Б. Волынов и генерал – лейтенант Космических войск И. Куренной. Их слова дополняет дикторский текст:

Б. Волынов:«У Юры ничего не было за один виток. Вроде всё нормально. Начиная с шестого витка у к-а-ж-д-о-г-о

(интонационное выделение Волынова – А.П.)
, кто появляется в космосе, возникают вестибулярные расстройства. Герман первый попал в эту ситуацию, когда не хочется есть, спать, много чего не хочется. Очень трудное состояние здоровья. Никто ведь не предупреждал и никто не знал об этом».
Диктор: «Титов первый испытал на себе тошноту, с которой нельзя справиться. Когда началась рвота, Титов честно ответил на вопрос Земли о самочувствии: «Хреновое!».

И. Куренной: «У него началась рвота, и эта рвотная масса, он даже мне рисовал, как она ему шею окутала. Понимаете? Вот он с трудом от этого избавился».

2) 1969 г. А. Филипченко, В. Волков, В. Горбатко, «Союз – 7».5 суток на орбите.

«Просто поднять руку – стоило немалых усилий»;
«сам идти я не мог»
В октябре 1969 года полетел «Союз – 7». Экипаж

А. Филипченко, В. Горбатко, В. Волков. Летали 5 суток.

А. Филипченко вспоминает [1]: «…срабатывают двигатели мягкой посадки. С трудом протягиваем вдруг потяжелевшие руки. Ноги тяжеловаты и заметно непослушны. Вадим

(Волков)
слегка побледнел, его покачивает.
В гостинице – медосмотр. Когда я лег на кровать, казалось, что она проломится подо мной. Я чувствовал себя как бы налитым свинцом. Просто поднять руку – стоило немалых усилий.

Ощущение покачивания оставалось довольно долго. Когда поехали на пресс-конференцию, наша «моряцкая» походка обратила на себя внимание всех присутствующих. И мне пришлось отшучиваться».

В. Горбатко рассказывал [1]: «После первого полета сам идти я не мог. Будто на плечах у меня сидят два человека, а земля все время уходит из-под ног. А когда ложишься, то на грудь такая тяжесть наваливается, что дышать невозможно и, кажется, что сейчас куда-то провалишься».

Таким образом, у всех трёх членов экипажа «Союза-7» после приземления были существенные нарушения функций вестибулярного аппарата,чувствительные для них самих и заметные не только медикам, но и всем окружающим.

3) 1970 г. Драма «Союза – 19». А. Николаев, В. Севастьянов, 18 суток на орбите.

Предынфарктное состояние сразу и два инфаркта вдогонку.

«Встать мы не могли. На носилках нас занесли в вертолет. Николаева еле откачали. Севастьянов ползёт на четвереньках. На носилках и вынесли».

19 июня 1970 года космонавты В. Севастьянов и А. Николаев приземлились после 18 – суточного полёта. К концу полёта космонавты так свыклись с невесомостью, что на 16 –е сутки полёта даже просили «Землю» продлить им полёт и продуктов на этот случай «сэкономили» [1]. Слава богу, «Земля» на это не пошла.

Корабль очень мягко сел на свежую пашню. Но когда спасатели открыли люк корабля, то состояние космонавтов было просто драматическим [1]:

«Когда приземлились, нам было очень тяжело. Встретили нас быстро. Андрияна вытащили, а я вылез сам, но спуститься не могу. Еле дотерпел, пока меня сняли. Андриян сидит и утирает лицо землей, а по пыльным щекам стекают слезы. Встать не могли. На носилках нас занесли в вертолет. Летим. И вдруг врачи к Андрияну кинулись. Я на четвереньках подполз — а он без сознания. Еле откачали… Так нас на носилках и вынесли».

На следующий день экипаж «Союза – 9» самолетом был доставлен из Караганды на аэродром Чкаловский, а оттуда в профилакторий Звездного городка под неусыпное внимание лучших врачей страны. Период острой реадаптации у космонавтов продолжался более двух суток. Более шести суток они не могли встать и самостоятельно ходить

».

Начальник ЦПК генерал Н.П. Каманин так описал встречу космонавтов на «Чкаловском» [1]: «Решили, что перед выходом космонавтов я поднимусь к ним. Я знал, что они тяжело переносят возвращение на Землю, но не рассчитывал увидеть их в таком жалком состоянии: бледные, опухшие, апатичные, без жизненного блеска в глазах – они производили впечатление совершенно изможденных, больных людей.

Николаеву я сказал, чтобы он сократил свой рапорт. После рапорта он обнял и поцеловал жену и поднял на руки Аленку. От напряжения он сильно побледнел и еле удержался на ногах.
Мы, не мешкая, усадили Николаева и Севастьянова в автомашины, доставившие их в Звездный. Все поняли, что сейчас им нужны отдых и забота врачей».
Организм более молодого по возрасту Севастьянова пострадал меньше, и вскоре он совершил второй полет. Николаев же за год перенес два инфаркта, и больше в космос не летал[1].После драматического финала «Союза – 9» в СССР полётов такой длительности в автономных кораблях не проводилось.

4) 1975 г. «Союз – 19».6 суток на орбите. А. Леонов, В. Кубасов на носилках – уникальный советский служебный снимок.

Дополним воспоминания космонавтов рассказом ветерана космодрома Байконур (Тюра – Там) Н.В. Кузнецова [3]:

«В 1965-67 годах я работал на полигоне НИИП


5 (площадка №1). Полигону был придан авиаполк, в задачи которого входили и спасательные операции космонавтов. Как правило, капсула засекалась еще в момент ее спуска на парашюте. Медики извлекали космонавтов из капсулы и укладывали их на специальные носилки, так как идти они не могли.
Некоторым делали даже уколы, укрепляющие тонус. Космонавтов на вертолете доставляли в реанимационное отделение госпиталя. Затем их переправляли в Звездный. Там полтора-два месяца их обследовали. И лишь после этого направляли на санаторно
курортное лечение».
Интересно обо всём этом читать, но ещё интереснее – увидеть. 21 июля 1975 года, пробыв 6 суток на орбите, приземлился корабль «Союз – 19». На илл.2 показана фотография, снятая вскоре его после посадки [4]. Она уникальна тем, что заимствована не из СМИ, а из служебного отчёта. Мы видим, что только что приземлившиеся советские космонавты действительно лежат на носилках и над ними хлопочут врачи. И это после «всего» шести суток полёта.

Илл.2. Служебная фотография 1975 года, опубликованная в 2000 г.

Оригинальная подпись (сокр.): «21 июля 1975 г. Приземлились А. Леонов и В.Кубасов. Съемку – отчет ведет И. Давыдов»

[4].

Автор фотографии – начальник отдела ЦПК И.В. Давыдов. Скопировано автором статьи 24.8.2015

Почему же так тяжело давались первым космонавтам возвращения на Землю после не очень длительных по нынешним меркам полётов? Вот что об этом рассказано в [1]:

«Сегодня это может показаться мелочью – летали и по полтора года… Однако нужно вспомнить, что тогда летали в корабле «Союз» с объемом отсеков всего около 8 кубических метров. Как бороться с воздействием невесомости в длительных полетах – еще никто не знал

.
Не было ни «бегущей дорожки», ни «велоэргометра», ни нагрузочных костюмов «Пингвин». Летали в обычных шерстяных летных костюмах. Да и медикаментов соответствующих тоже не было. Из-за отсутствия физической нагрузки во время пребывания на борту организмы космонавтов оказались совершенно не подготовленными к посадке».
Добивал здоровье космонавтов именно спуск, когда на ослабший организм, КАК УДАР, обрушиваются перегрузки,

доходящие до восьми земных сил тяжести. Стоит ли удивляться, что старший по возрасту А. Николаев в момент приземления оказался в «предынфарктном состоянии», а В. Севастьянов проявил свою молодость тем, что смог передвигаться по вертолёту на четвереньках?

В тесном корабле вред от невесомости в огромной степени усиливается влиянием гиподинамии

– малоподвижности тела. Негде как следует размяться. Теснота! Поэтому и не было (и сейчас нет) на кораблях никаких тренажёров. Невесомость и гиподинамия СООБЩА и беспрепятственно разрушали здоровье космонавтов.Поэтому для объективности последующего сопоставления нужно помнить, что, как уже отмечено во введении (часть I) «Джемини» каждому члену экипажа отведено в 3,5 раза места меньше, чем «Союзе». Так что, если в «Союзе» космонавты жалуются на тесноту, то в «Джемини» теснота и гиподинамия просто ужасны.

Есть ещё одно немаловажное преимущество у «Союза» перед «Джемини». В «Союзе» есть санузел для отправления естественных нужд в условиях невесомости. А это далеко не простое устройство. В общем, в «Союзе» предусмотрен минимальный набор человеческих условий.

Ничего этого в «Джемини» нет! Про тесноту «Джемини» мы уже говорили, а для отправления естественных нужд в «Джемини» предназначались памперсы и полиэтиленовые мешки [4]. Можно предположить, что будь полёты «Джемини» настоящими, то к концу полёта их экипажи очень дурно бы пахли.

Такая полезная секретность!

Согласно авторитетнейшему заключению главврача ЦПК В. И. Лебедева [5]: «Нарушение психомоторики отмечается в первые часы и дни у всех космонавтов по возвращении на Землю»

.

Примечание. Медицинский термин «психомоторика» обобщает целый класс явлений [6]. В рамках данной статьи мы используем следующий упрощённый вариант. Всё что написано выше про поведение В. Севастьянова, А. Николаева, А. Филипченко, В. Волкова, В. Горбатко и про других советских космонавтов, тяжело перенесших возвращение – это плохая психомоторика. А твёрдый уверенный шаг, нормальное чувство равновесия и ощущение силы тяжести у американцев (см. ниже) – это хорошая (нормальная) психомоторика.

Но в открытых источниках информация об истинном самочувствии советских космонавтов появилась через десятки лет после их первых, а в 60 – е годы советские СМИ публиковали стереотипные сообщения совершенно иного рода. Вот, например, сообщение ТАСС о возвращении «Союза – 7» [7]:

Илл.3. Сообщение ТАСС о приземлении «Союза – 7».

[7]

Скопировано автором статьи 24.8.2015

А на самом деле – Горбатко «сам идти не мог», у Филипченко ноги были «тяжеловаты и заметно непослушны», Волков «слегка побледнел и его покачивало». Что касается приземления «Союза – 9», то автор данной статьи (современник тех событий) не видел ни одного сообщения ТАСС, ни одного упоминания в СМИ о том, что Николаева реанимировали в вертолёте по пути в госпиталь, в то время, как Севастьянов космонавт полз к товарищу единственным доступным ему способом передвижения – на четвереньках.

Итак, истинное состояние здоровья советских космонавтов и в полёте, и после приземления было засекречено. Поэтому официальная советская информация тех лет – не тот источник, на который стоит опираться

.
Сегодня это ясно, но в 60 – е годы для подавляющего большинства советских людей это было неизвестно. И, что особенно важно в контексте данной статьи – вряд ли это было известно в НАСА. Ведь, советская секретность была на высоте, а своего человека американцы запустить человека на орбиту не могли
[8]
.
Вполне вероятно, что в значительной мере под воздействием сообщений ТАСС об «отличном или нормальном самочувствии советских космонавтов» и возникла общая схема многократных американских мистификаций с бодрыми возвращениями «астронавтов» из «космоса»:

Эти бодрые «сюжеты» НАСА растиражировало во множестве снимков и видеоклипов на своих сайтах, откуда те перекочевали и на другие сайты. Когда же истинная картина самочувствия настоящих космонавтов, возвратившихся из настоящего космоса, стала для НАСА ясна, вычистить все опубликованные «бодрые» сюжеты из всех уголков Интернета было уже не так просто.

Примечание. После того, как в СССР были созданы и стали использоваться орбитальные станции, отсутствие тренажёров и спецкостюмов на кораблях «Союз» никого не беспокоит. Потому что «Союз» уже давно работает лишь как своеобразное космическое такси между Землёй и станцией. Вы же не делаете зарядку в маршрутном такси. Сегодня маршрут – «Земля – МКС – Земля» это «такси» пролетает за 6 часов полёта туда и за 3 часа – обратно. Тренажёры же ждут космонавтов на станции.

2. «Джемини – 5» (8 суток), «Джемини – 7» (14 суток).

Откуда Вы вернулись, бодряки?

Согласно НАСА (см. введение) почти все полёты «Джемини» занимали не более 4-х суток, а то и короче. Только две миссии согласно НАСА продолжались настолько долго, что их можно сравнить с советскими длительными автономными полётами. Это – «Джемини – 5» (8 суток) и «Джемини – 7» (14 суток).

1965 г. «Джемини – 5», Г. Купер, Ч. Конрад, 8 суток от старта ракеты до возвращения «астронавтов»

После 8 суток, якобы проведённых на орбите, естественно ожидать, что неприятные последствия для членов экипажа «Джеини – 5» должны были проявиться более разительно, чем это было у космонавтов «Союза – 7» (5 суток на орбите) и «Союза – 19» (6 суток на орбите). Как говорится, готовь носилки! Но не таковы были супермены из «Джемини – 5»! С них 8 – суточная невесомость «стекла, как с гуся вода». Никаких нарушений психомоторики и уж, тем более, никаких носилок!

Посмотрим эпизод приводнения «Джемини – 5» (илл.4). В сокращении перевод английской подписи под снимком илл.4 гласит: «29 августа 1965 года. Л.Г. Купер и Ч.Конрад покидают свой космический корабль после его приводнения. Они перебираются на лёгкий плот с помощью флотских дайверов».

Для удобства сравнения автор данной статьи на снимок илл.4 и последующие фотографии бодряков из «Джемини» вмонтировал в качестве вставки уменьшенную фотографию советских космонавтов, лежащих на носилках после 6 – суточного полёта в корабле (илл.2).

Илл.4. 29 августа 1965 года. «Астронавт» покидает «Джемини – 5» после приводнения.

Photo credit: NASA. https://spaceflight1.nasa.gov/gallery/images/gemini/gemini5/html/s65-51653.html

Скопировано автором статьи 24.8.2015

Мы видим на илл.4, что «астронавт» уверенно и вполне самостоятельно перепрыгивает с одного резинового плотика на другой. А в океане при этом небольшое, но волнение, и плотики качаются. Но «астронавту» это – нипочём. А помощью флотских дайверов он, на самом деле, почти не пользуется. Двое дайверов плотик придерживают, чтобы не отплыл, но руку для страховки не предложат. А зачем, если на их глазах совершенно здоровый мужчина нормально перепрыгивает?

Через 20 – 30 минут спасательный вертолёт доставляет «астронавтов» на авианосец, и вот «астронавты» уже идут по палубе (илл.5). Без чьей – либо поддержки и таким же уверенным шагом, что и окружающие. Как обыкновенные люди, только в скафандрах. А они и есть обыкновенные! Потому что никуда с Земли эти «астронавты» и не отлучались.

Об этом красноречиво рассказала именно их уверенная походка и естественная жестикуляция. Другими словами, их психомоторика от такого «полета» не пострадала.

Илл.5. 29 августа 1965 года. Сразу после 8 суток, якобы проведённых в невесомости, экипаж «Джемини – 5» шествует уверенным шагом на торжественной встрече в честь самих себя.

Photo credit: NASA. https://spaceflight1.nasa.gov/gallery/images/gemini/gemini5/html/s65-45292.html и https://spaceflight1.nasa.gov/gallery/images/gemini/gemini5/html/s65-46645.html

Скопировано автором статьи 24.8.2015

1965 г. «Джемини – 7», Ф. Борман, Д. Ловелл, 14 суток от старта ракеты до возвращения «астронавтов»

«Джемини – 7» согласно НАСА пробыл на орбите целых 14 суток, и вот, его экипаж только что вышел из спасательного вертолёта, севшего на палубу авианосца «Уосп» (илл.6). Каково же самочувствие экипажа после двухнедельной невесомости? Как с психомотрикой? Да, лучше всех!

Прошло 5 лет и два советских космонавта совершили полёт на 18 суток невесомости. Оба вернулись в тяжелейшем состоянии. Хотя летали они в неизмеримо лучших условиях, чем есть в «Джемини». Перечитайте строки о возвращении «Союза – 9» и поглядывайте при этом на весёлые лица этих двух очередных «астронавтов», что так непринуждённо болтают у вертолёта.

Илл.6.

18 декабря 1965 г. Пара бодряков из «Джемини – 7» сразу после доставки на авианосец и после якобы 14 суток, проведённых в невесомости.

Photo credit: NASA. https://spaceflight1.nasa.gov/gallery/images/gemini/gemini7/html/s65-63646.html

Скопировано автором статьи 24.8.2015

Интересно также посмотреть живой клип шествия «астронавтов» «Джемини – 7» по палубе авианосца (илл.7). Качество клипа – ужасающее. Но бодрость, распирающую «астронавтов», их стремительную и совершенно раскованную походку и свободную жестикуляцию Вы всё равно различите.

Илл.7.

18 декабря 1965 г. Под гром оркестра «астронавты «Джемини – 7», выйдя из спасательного вертолёта, бодро шагают по палубе. https://www.youtube.com/watch?v=DoUMk9ddT6U [9б]

Приведённый клип – это отрезок из записи телерепортажа NBC о возвращении «Джемини – 7» [9а]. NBC («Эн-би-си́») – всемирно известная американская национальная широковещательная компания и телевизионная сеть. Запись довольно продолжительна (14 мин.), поскольку охватывает не только хождение экипажа по палубе. Поэтому автор включил непосредственно в текст статьи короткую вырезку на 2 минуты, сделанную одним из его коллег [9б]. Плюс на несколько секунд в конце коллега вмонтировал кадры из драматического окончания полёта «Союза -9». Запись «NBC» [9а] загружена в сеть 31 августа 2010 года. Естественно, что кадры возвращения экипажа «Джемини – 7» могли поступить в NBC только от НАСА.

Автор данной статьи попросил коллегу, для которого английский стал вторым родным языком, тщательно перевести на русский язык английский текст сопровождения клипа. Вот этот перевод:

«Репортаж ведут: Чет Хантли (Chet Huntley), Дэвид Бринкли (David Brinkley)

[10]
и Фрэнк Макги (Frank Mcgee)
Часть 4 https://www.youtube.com/watch?v=ZQ_TAQJKKj0

Вначале ведущий Фрэнк Макги объявляет об успешном окончании 14-ти дневного полёта Джемини-7. Доктора не могут нарадоваться на великолепную физическую форму астронавтов. Медики предсказывают, что 32-45 дневные полёты в космос не будут большой проблемой

(выделение – А.П.)
. После возвращения Бормана и Ловелла основные задачи программы «Джемини» выполнены.
Дэвид Бринкли: «Только представьте себе ту высокую скорость, с которой продвигается американская космическая программа. Ведь программа «Джемини» будет закончена в следующем 1966 году. И в том же году начнётся программа «Аполлон». Её цель — высадить человека на Луну, и
мы подходим к точке, когда в это можно поверить
(выделение – А.П.)
«.
Фрэнк Макги: «За 10 месяцев США отправили в космос 10 человек, вернули их в целости на Землю, и пока ни у кого не было более серьёзной травмы, чем синяк на коленке…» Далее Макги рассказывает о деталях полёта и возвращения астронавтов, и о высокой и пока рекордной точности приводнения капсулы.

Фрэнк Макги: «Они (Борман и Ловелл) прибыли на борт авианосца через 31 мин после приводнения».

Чет Хантли: «Советы сегодня охарактеризовали полёт Джемини-6 и 7 как дальнейший шаг в совершенствовании групповых полётов. В СССР начали проводить такие полёты в 1962 году, полётом Востока-3 и 4…»

Далее комментатор зачитал похвалы этому полёту из СССР, переданные через ТАСС, и заключил, что в СССР с должным уважением отнеслись к этому американскому достижению, что было для СССР неожиданно быстрой реакцией».

12:03. Отчёт о состоянии здоровья астронавтов сразу после посадки. Пресс-секретарь НАСА Бен Джеймс: «Вы не поверите, но у них всё отлично. Доктора очень довольны их здоровьем. Экипаж по пути вниз (в медкубрик) не принимал декседрин (аналог стимулятора центральной нервной системы амфетамина). Их кожа исключительно чиста… Единственная проблема в том, что астронавт Фрэнк Борман заметил, что его ноги немного тяжеловаты. А кроме этого, они чувствуют себя хорошо.»

Репортёр: «Он использовал слово ‘тяжёлые’, а не ‘слабые’, верно?»

Бен Джеймс: «Нет, они чувствуются тяжёлыми».

Репортёр: «Как насчёт их веса?»

Бен Джеймс: «Я об этом не слышал, но мы оцениваем, хотя ещё не знаем, это очень трудно… Не принимайте это как факт. Они думают, что потеряли около 8-10 фунтов».

13:25 Чет Хантли: Удивительно, что двое мужчин смогли сами идти. Это довольно трудно понять. Если вы проведёте 14 дней в постели, и вам позволено только переворачиваться с бока на бок, очень сомнительно, что вы сможете подняться и пересечь комнату. Но у этих парней, похоже, с этим нет проблем. Очевидно, это объясняется упражнениями для ног, которые они выполняли

(выделение – А.П.)
.
Здесь уместно на минуту прервать дикторский текст, чтобы привести интересный комментарий одного из участников дискуссии в сети: «И это было сказано на всю Америку! И если кто-то не возражает, когда ты врёшь, это ещё не значит, что тебе верят. «Упражнения для ног» мы, очевидно, должны занести в список утерянных технологий борьбы с невесомостью и гипокинезией. Жаль, что Севастьянов и Николаев в 1970г. не знали о волшебных «упражнениях для ног» — это сохранило бы им здоровье».

Впрочем, возвратимся к переводу дикторского текста.

Часть 5 https://www.youtube.com/watch?v=2vO3DZhLLfs

Дэвид Бринкли: «За исключением рандеву, в течение этих 2-х недель полёт Джемини-7 был в основном посвящён медицинским целям. Была поставлена задача узнать, что случится с двумя людьми в течение 2-х недель в невесомости, в тесноте, без контакта с Землёй, кроме как посредством радио. И нужно было узнать, возникнут ли проблемы медицинского характера. Сразу после полёта на пресс-конференции мы услышали новости от доктора Чарльза Берри».

Вначале Чарльз Берри сообщил, что астронавты сдали анализы, и докторам ещё много предстоит узнать об их здоровье.

Чарльз Берри: «Им ещё предстоит через многое пройти в послеполётный период… И это будет значительным медицинским достижением… Перед возвращением на Землю было много разговоров об использовании декседрина. Вчера я говорил об этом с экипажем. Этим утром они снова спросили, нужно ли его принимать. Они не принимали декседрин, никогда. Их самочувствие во время подготовки к спуску и во время спуска было великолепным. И их работоспособность во время всей экспедиции была выше всяких похвал. Во время всего полёта у них была великолепная производительность, и не было никакого снижения работоспособности. Их кожа в хорошей форме. Похоже, у них потеря веса около 8-10 фунтов. Это оценка, т.к. их ещё не взвешивали. Точные данные мы получим позже».

На этом перевод дикторской части текста закачивается. От себя лично переводчик сделал следующие комментарии, с которыми автор статьи вполне согласен:

«Если бы НАСА в 1965 г. отправляло на орбиту астронавтов хотя бы на 5 дней, то медики заметили бы влияние невесомости на умение ходить сразу после полёта, и они скорректировали бы послеполётные заявления астронавтов Джемини-7. А также предполётную речь Бормана: «Все, кто летал, говорят, что в невесомости это много проще.» А также выход из вертолёта был бы другим. А также поумерили бы охи и ахи по поводу великолепной физ. формы. А также медики не заявляли бы, что полёт на 45 дней ничем не отличается от полёта на 14 дней. Вывод: в 1960-е американцы не летали даже на 5 дней…

Если бы НАСА в 1962-65 г.г. отправляло на орбиту астронавтов хотя бы на 1-2 дня, то медики заметили бы, что астронавтов тошнит, что у них болит голова. И мы это услышали бы в их отчётах. Вывод: в 1960-е американцы не летали даже на 1 день.

Эти новостные репортажи много информативнее приглаженных и отцензурированных фильмов НАСА. Здесь специалисты часто говорят более свободно, несогласованно и часто в прямом эфире, допуская фактические ошибки

(точнее, утечки информации – А.П.)
».
Как мы уже отмечали, столь тщательно изученная нами запись «NBC» [9а] была загружена в сеть 31 августа 2010 года. И что качество её изображения была, как говорится, из «рук вон». Прошло три года и, по – видимому, в НАСА решили представить общественности кадры нормального качества о возвращении «Джемини – 7». А возможные вопросы от слишком взыскательных зрителей по поводу бодрого поведения «астронавтов» нейтрализовать комментарием самого Фрэнка Бормана. Так, 1 июля 2013 года был выложен пространный фильм о космической деятельности НАСА. Интересующий нас отрезок фильма о бодром шествии «астронавтов» по палубе читатель найдёт по адресу [11]. Несколько стоп – кадров из этого клипа представлены на илл.8.

Илл.8.

18 декабря 1965 г. Стоп – кадры видео возвращения экипажа «Джемини – 7»

https://youtu.be/KDOLHClNTOI?t=4432 Скопировано автором статьи 10.5. 2020.

(на 24.8. 2020 показ на Ютуб заблокирован на основании авторских прав. Временно или постоянно – неизвестно)

На последнем стоп – кадре Ф. Борман, снятый уже в наше время, объясняет, как он с Ловеллом смог добиться такой твёрдой поступи по палубе: «Было тяжело идти. Я не пользовался ногами 2 недели. И, чтобы идти по палубе авианосца, я должен был приказывать ногам: «левой, правой, левой, правой»

» (перевод А. Булатова).

Почитаешь такое, и задумаешься! Собрались с духом, напрягли свои одряхлевшие за 14 суток тела и бодро прошлись по палубе. А наш Горбатко после 5 – суточного полёта сам идти не мог. Николаев после 18 – суточного полёта чуть не скончался в вертолёте, в то время как Севастьянов в предчувствии беды полз к товарищу на четвереньках. Нет бы, под «раз – два» пройтись церемониальным маршем. А уж потом можно и в койку лечь.

Шутка, конечно. Ну а как иначе можно реагировать на нелепые фантазии Бормана? Тех, кто не знает, какими возвращались настоящие космонавты с орбиты после 5 – 18 суток полёта, такие фантазии вполне удовлетворят. Ну а тех, кто знает, такие сказки лишний раз убедят, что не с орбиты прибыли на авианосец Ловелл и Борман

.

Ссылки:

Интернет ссылки проверены и подтверждены, кроме ссылки 10, по состоянию на 24.8.2015

1.

А.И. Попов. Бодряки с «орбиты». https://www.manonmoon.ru/articles/st80.htm

2.

А. Первушин. «Сюрпризы космоса». https://www.e-reading.by/chapter.php/142754/104/Polden%27_XXI_vek_2010_%2302.html

3.

Н.В. Лебедев. «Из воспоминаний ракетчика», https://www.manonmoon.ru/articles/st50.htm

4.

Давыдов И.В. «Триумф и трагедия советской космонавтики. Глазами испытателя» https://epizodsspace.narod.ru/bibl/davydov/text/

Фотографию см. в разделе ««Коррида» в кабинете генерала Берегового», https://epizodsspace.no-ip.org/bibl/davydov/text/13.htm

Об авторе см. в разделе «Проверено на себе», https://epizodsspace.no-ip.org/bibl/davydov/text/35.htm

5.

Доктор психологических наукВ.И.Лебедев, «Личность в экстремальных условиях». М., 1989 https://www.skitalets.ru/books/extremeconditions_lebedev/#14 Глава XIII. Возвращение в обычные условия. 1. Острые психические реакции выхода.2. Реадаптация

6.

Словари и энциклопедии на Академике. Медицинская энциклопедия Психомоторика. https://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_medicine/25491/

7.

ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ, ПОСВЯЩЕННАЯ ПОЛЕТУ КОСМИЧЕСКИХ КОРАБЛЕЙ «СОЮЗ-4» И «СОЮЗ-5».https://epizodsspace.airbase.ru/bibl/osvoen-kosm-pr-sssr/1968-1970/03.html

8.

С.М. Ерёменко. «На Луну с Божьей помощью…» https://usa-moon.ru/

9. а)

Запись телерепортажа NBC о возвращении «Джемини – 7» (14 мин). NBC News Coverage of The Gemini 7 Splashdown and Recovery Part 4

б)

Сокращённый (2 мин) видеоклип, содержащий только перемещения экипажа по палубе – https://www.youtube.com/watch?v=DoUMk9ddT6U

10.

Дэвид Бринкли (David Brinkley) https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D1%80%D0%B8%D0%BD%D0%BA%D0%BB%D0%B8,_%D0%94%D1%8D%D0%B2%D0%B8%D0%B4

11.

When We Left Earth – The NASA Missions https://youtu.be/KDOLHClNTOI?t=4432 (на 24.8. 2020 показ на Ютуб заблокирован на основании авторских прав. Временно или постоянно – неизвестно)

Как на Земле встречают космонавтов

Подробности 02.11.2016 20:12
«В 140 километрах от города Жезказгана благополучно совершил посадку космический корабль, самочувствие экипажа – отличное…» – сколько таких коротких репортажей на своём веку слышали жезказганцы! Что же на самом деле стоит за этими скупыми строчками? Нам помог в этом разобраться человек, координирующий посадку космонавтов с передвижного командного пункта в Жезказгане – заместитель начальника отдела организации поисково-спасательного обеспечения полётов космических объектов Управления организации авиационно-космического поиска и спасания Федерального Агентства воздушного транспорта (а проще Росавиация) Александр Попов.

С 2002 года Александр Попов занимается организацией мероприятий, связанных с поиском и эвакуацией космонавтов после посадки. Около 80 дней в году он проводит в нашей стране, то есть, суммарно, каждый пятый год службы – в Казахстане.Александр Петрович – кадровый офицер, потомственный военный. После окончания в 1983 году Киевского высшего военного авиационного инженерного училища служил несколько лет в Германии, затем работал на оборонную промышленность СССР в качестве военпреда в Удмуртии. С 1991 года – в Москве. Практически всю свою службу был связан с космосом – сначала военным, затем гражданским. Служил в Единой государственной авиационной поисково-спасательной службе, непосредственно осуществляя заказы и поставки оборудования для ведения поисково-спасательных работ.В Жезказгане Александр Петрович давно уже не гость. Знает, что разместить 150 человек встречающих в нашем городе труднее, чем в Караганде, но легче, чем в Аркалыке, хотя районы посадки космонавтов есть и там.

За три дня до планируемой посадки, назначенной на 30 октября, Александр Петрович провёл совещание с постановкой задач. И буквально перед этим успел рассказать нам о своей работе.

– Александр Петрович, так когда же начинается подготовка к встрече космонавтов?

– За 30 дней до посадки спускаемого аппарата (СА) специалисты по баллистике ракетно-космической корпорации (РКК) «Энергия» выдают нам исходные данные о планируемой дате, времени и координатах места посадки, причём данные о посадке не только с первого витка, но и со второго, и с третьего. То есть, имеются три потенциальных района посадки, плюс вариант баллистического спуска (неуправляемый спуск по более крутой траектории, когда СА входит в плотные слои атмосферы на большой скорости, что приводит к более высоким перегрузкам – авт.). Основной район посадки сейчас находится в 140 км юго-восточнее Жезказгана, а баллистическая точка находится ближе к Байконуру, от нас примерно 400 км.

После получения исходных данных мы доводим их организациям, участвующим в поиске и доставке космонавтов. Задействованы два грузопассажирских самолёта Ан-12 и один Ан-26, а также 12 вертолётов Ми-8, десять из которых 29 октября прилетят сюда, чтобы 30-го рано утром из аэропорта Жезказгана стартовать к месту посадки. Ещё два вертолёта прикрывают точку баллистической посадки в районе космодрома Байконур. Но и это ещё не всё. Если посадка космонавтов по каким-то причинам произойдёт не на первом витке, а на втором или даже на третьем, то точка посадки смещается на сотни километров, и в этой ситуации там тоже кто-то должен космонавтов встретить. Поэтому на точках около Аркалыка, в Оренбургской области также дежурят вертолёты. Ну, а для доставки наземных поисковых отрядов непосредственно в расчётный район посадки применяются специальные машины повышенной проходимости – ПЭМ (поисково-эвакуационные машины), одна из них после посадки доставит СА до оперативного аэродрома. Эти машины, как и большинство вертолётов, базируются на аэродроме Упрун, возле Южноуральска, и доставляются в Жезказган на самолётах Ан-12.

Автомобили-амфибии ПЭМ известны также под именем «Синяя птица» из-за ярко-синего цвета кузова. ПЭМы очень заметны на дорогах благодаря мощной конструкции. Спроектированы они были ещё во времена СССР на заводе ЗиЛ специально для поиска космонавтов в труднодоступных районах, а также для доставки спускаемых аппаратов до аэродрома. ПЭМ существует либо с пассажирским салоном, либо с грузовой платформой и краном, но кроме них есть и очень специфичный ПЭМ-3 – шнекороторный болотоснегоход, с двумя роторами-винтами, который может ездить по глубокому снегу и заболоченной местности. На ПЭМах имеются надувные лодки.

В операции участвуют представители Института медико-биологических проблем Российской академии наук – это их специалисты сразу после посадки, в научных целях, снимают с космонавтов биометрические данные. Присутствуют медики Федерального медико-биологического агентства России, представители Центра подготовки космонавтов (ЦПК) – именно они помогают космонавтам выбраться из спускаемого аппарата, а также технические специалисты РКК «Энергия», создатели космических аппаратов, у которых имеется целый перечень работ, которые по регламенту необходимо выполнить на СА после посадки.

При нормальных погодных условиях существует норматив – не более трёх часов на поиск капсулы с космонавтами.

– Много ли людей принимает участие в поисковой операции?

– Всего задействовано около трёхсот человек, включая экипажи самолётов и вертолётов Министерства обороны России, спасателей-парашютистов, экипажи наземных машин, специалистов, медиков.

Приблизительно за 10 дней до посадки выбранный район (а их для посадки кораблей «Союз» существует всего 13 по Казахстану) инспектируется с вертолётов, – продолжает Александр Попов. – За 5-7 дней до посадки вся техника прибывает и рассредоточивается на оперативных аэродромах (основными являются Караганда и Жезказган). Уже на месте создаются передвижные командные пункты, которые обеспечивают чёткую и слаженную работу всех привлечённых воздушных судов, а также планируется в деталях проведение поисково-спасательной операции, расстановка сил и средств, анализируются полученные фактические погодные данные.

29 октября, накануне посадки, сюда, в Жезказган, прибывают из Караганды 10 вертолётов со специалистами, для встречи коллег прилетает японский астронавт Юи Кимия и астронавт НАСА Джозеф Акаба.

Сутки до спуска СА и посадка – самый ответственный этап операции. Экипажи «Синих птиц» со специалистами после постановки задач и получения необходимой информации за сутки до посадки уходят в заданный район.

– На случай, если космонавтам потребуется стационарная медицинская помощь мы приводим в состояние повышенной готовности все ближайшие медицинские учреждения Жезказгана, Караганды, отправляем просьбы о создании необходимых запасов крови, резервных палат, – рассказывает Александр Попов. – К моменту посадки в аэропортах заступают на дежурство реанимобили.

Как только из ЦУПа поступают данные об отстыковке корабля от МКС, в воздух поднимаются все воздушные суда и следуют в заданный район согласно плановой таблицы полётов. Фактические координаты нахождения СА помогает отследить система Коспас-Сарсат, а для взаимодействия с поисковыми самолётами на спускаемом модуле включается маячок. Самолёты и вертолёты занимают свои позиции в районе поиска за несколько минут до раскрытия парашюта СА.

И вот на высоте 10 км раскрывается сначала вытяжной, затем тормозной, а потом уже и основной парашют – площадью в 1000 квадратных метров! Хлопок открывающегося парашюта иногда можно услышать даже в Жезказгане.

На этапе парашютного спуска самолёты начинают ловить сигнал маячка, в это время уже доступна голосовая радиосвязь.

– Космонавты тем временем докладывают о своём самочувствии, уточняют высоту, переговариваются с экипажами воздушных судов, – рассказывает Александр Петрович. – Активней всех спускающихся с орбиты общается в эфире космонавт Геннадий Падалка, герой Российской Федерации, рекордсмен по продолжительности нахождения в космосе. «Так, вертолёты, вы меня слышите? Уточните высоту». В спускаемом аппарате имеется свой высотомер. «Все параметры в норме. Так, кресла взведены». Перед посадкой кресла в СА взводятся как пружина, чтобы самортизировать и смягчить удар при приземлении.

После раскрытия парашюта проходит около 10 минут. Плавный спуск, эффектно срабатывают двигатели мягкой посадки, вырывая клубы пыли из-под СА и вот… Есть посадка! Всё, космонавты на Земле! Буквально через секунды спасатели у спускаемого аппарата – начинается процесс эвакуации…

В это время Александр Попов находится в командном пункте в Жезказгане и докладывает о происходящем по телефону госкомиссии в ЦУП в Королёве, в главный координационный центр поиска и спасания в Москве, одновременно согласовывая действия всех участников спасательной операции. Всё ли штатно? Какие координаты места посадки? Точное время посадки? Самочувствие космонавтов?

– Александр Петрович, космонавтов встретили, на этом ваша работа закончена?

– Не совсем. После приземления необходимо доставить космонавтов в Караганду и передать из рук в руки представителям Центра подготовки космонавтов им. Гагарина, откуда они уже будут доставлены самолётами в Москву. А вообще, наша задача считается выполненной, когда вся техника, участвующая в операции, прибыла на места дислокации, а спускаемый аппарат и специальные грузы с орбиты доставлены в Москву. Только после этого можно облегчённо выдохнуть, и… пойти писать отчёты о проделанной работе!

В 1966 году постановлением Совета Министров СССР была создана поисково-спасательная служба ВВС, которой также предписывалось заниматься поисково-эвaкуaциoнными мероприятиями по обеспечению космической деятельности. После нескольких реорганизаций служба поиска существует и по сей день и 10 октября отметила 50-летний юбилей. С чем мы их с удовольствием поздравляем!

Точно в заданном районе в 140 километрах юго-восточнее Жезказгана 30 октября 2020 года в 9 часов 58 минут совершил посадку спускаемый аппарат с космонавтом Анатолием Иванишиным, астронавтами Такуи Ониши (ДжАКСА) и Кэтлин Рубинс (НАСА). Самочувствие вернувшихся на Землю членов экипажа отличное. Продолжительность пребывания в космическом полёте экипажа экспедиции МКС-48/49 составила 115 суток. ТПК «Союз МС» находился в составе МКС с 9 июля 2016 года.

Алексей ЛОГИНОВСКИХ,

Юлия ВЫСОЦКАЯ.

podrobnosty.kz

Еще немного, еще чуть-чуть! Сложно представить, что думают в эту минуту космонавты.

Еще немного, еще чуть-чуть! Сложно представить, что думают в эту минуту космонавты.

Звуковая волна, созданная его раскрытием, дошла до земли с задержкой, зато бабахнуло основательно, аж коленки задрожали! И если пять минут назад в степи еще никого не было, то теперь здесь барражирует дюжина вертолетов, летают три самолета, а вокруг носятся с полдесятка зиловских трехосных поисково-эвакуационных машин ПЭМ. Навскидку, прибыло не менее ста человек. Когда только они все успели здесь появиться?!

А расстояние до земли сократилось уже до считанных метров. К этому времени давление внутри капсулы уравнялось с внешним, взведены амортизаторы кресел. Еще пара секунд, и срабатывают двигатели мягкой посадки, снижая вертикальную скорость до безопасного порога. Встреча спускаемого аппарата с землей сопровождается негромким глухим ударом.

Рейтинг
( 2 оценки, среднее 4 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: